Интересы государства в сфере исполнения уголовных наказаний как объект уголовно-правовой охраны

Номер журнала:

Автор: 
Краткая информация об авторе (ах): 

заместитель начальника отдела регистрации прав публично-правовых образований и крупных правообладателей, прав на линейные сооружения Управления Росреестра по Московской области

Аннотация: 

В настоящее время в уголовно-правовой науке преобладает концепция рассмотрения в качестве объекта уголовно-правовой охраны общественных отношений. Однако она не позволяет в полной мере реализовать охранительную функцию уголовного права, выявить ущерб, наносимый преступлением, в особенности при наличии формального состава. В настоящей статье, автор, на примере обеспечения исполнения уголовных наказаний в качестве объекта охраны исследуется категория «интересы». Дефиниция «интересы государства в сфере исполнения уголовных наказаний» позволяет задать четкие ориентиры и параметры охраны, определить цели правового регулирования. Автором проводится анализ подходов к определению интересов в философии и уголовно-правовой науке. Осуществлена классификация интересов государства в сфере исполнения уголовных наказаний, позволяющая систематизировать посягательства на них.

Ключевые слова: 

ответственность, наказание, исполнение, государство, право, регулирование, Россия, РФ.

     Говоря об интересах как объекте уголовно-правовой охраны, необходимо исходить из ряда фундаментальных теоретических положений, определяющих данную категорию. Еще Аристотель характеризовал право как равенство. По его словам, оно не абсолютно, а относительно, так как люди не равны по своему достоинству и интересам. Справедливость допускает как равное, так и неравное наделение людей соответствующими благами (властью, почетом, материальным благосостоянием). В первом случае речь идет об уравнивающей справедливости, а во втором – о разделяющей. «Неизменно лишь то, – писал философ, – что от природы уравнивает всех людей и все государства» [1, стр. 462-475]. Таким уравнивающим началом, по мнению Аристотеля, и является совокупность жизненно важных (необходимых и достаточных для существования) интересов личности, общества и государства. По смыслу аристотелевского учения, сферой «наказания» («наказательной власти») являются только эти интересы.  

     Большое внимание категории «интересы» уделял российский философ В.С. Соловьев. Он, в частности, писал: «Определяющим началом права является общественная польза. Если бы польза была действительно общей, т.е. если бы все были солидарны в своих интересах, то не было бы надобности в особенном устроении интересов» [18, стр. 93-94]. По его мнению, интересы людей, общества и государства не согласуются. Идея о некоей общей пользе как общем интересе, содержит в себе противоречие. Государство выступает выразителем не общего интереса, а интереса, принадлежащего большинству. В этом отношении мы не разделяем идею В.С. Соловьева. Применительно к наказанию невозможно говорить о всеобщем интересе и интересе большинства. Даже если брать в расчет цель восстановления социальной справедливости. Понимание справедливости у преступника и жертвы (а также их родных) будет кардинально отличаться. Интересы большинства, как  правило, всегда на стороне потерпевшего. И только суд в приговоре устанавливает сбалансированные (усредненные) параметры справедливости, удаленные от мнения обеих сторон и опирающиеся скорее на понимание судьей общественного блага. Однако и стороны заинтересованы в таком решении, поскольку оно опирается на право как инструмент уравнивания различных интересов. Именно в правосудном решении состоит их общий интерес. Поэтому приговор суда призван снять противоречие противоположных интересов и утвердить некий общий интерес, заключающийся в свершении правосудия. 

     К слову сказать, отечественные ученые политико-правового направления понимали большинство не как сумму индивидуумов, не как социальную группу или класс, а как общность субъектов отношений, в которых они уравнены в своих интересах. С этой точки зрения интересы большинства трактовались как интересы, одинаково значимые для всех и каждого. При этом общие интересы, как правило, связываются с правом. «Интерес является сущностной чертой, субстанцией права. Право есть нормативное выражение согласованных интересов» [5, стр. 8-9].

     Обратимся к классикам отечественного уголовного права. Выдающийся дореволюционный ученый-криминалист Н.С. Таганцев писал: «Действительное значение «правового блага» для лица, общества или государства заключается не в одной его правоохране, а вместе с тем, в его жизненной роли». При этом правоохраняемый интерес может входить «в юридическую сферу определенного субъекта, и тогда посягательство на интерес будет посягательством и на его субъективное право, или же известный интерес охраняется правовыми нормами исключительно как общественное достояние или благо, независимо от  его принадлежности к тому или другому субъекту. В любом случае преступлением является деяние, посягающее на охраняемый нормой интерес жизни» [20, стр. 54].

     Полностью соглашаясь с Н.С. Таганцевым, отметим, что сфера наказания, очевидно, относится к общественным  интересам.

     Многие современные ученые также склонны рассматривать в качестве объекта уголовно-правовой охраны интересы. Среди них Я.М. Брайнин, А.В. Наумов, Е.А. Фролов, Ю.И. Ляпунов, В.Я. Таций, Е.К. Каиржанов, И.Я. Гонтарь и др.

     По мнению Е.А. Фролова интерес представляет собой «ядро», содержание всякого общественного отношения [23, стр. 198].

     По мнению В.Я. Тация, интерес – это тот объективно существующий социальный феномен, возникновение которого обусловливается функционированием общественных отношений. Поэтому интерес – не составная часть (основа, ядро и т.д.) структуры общественных отношений, а в определенной мере самостоятельное явление [21].

     И.Я. Гонтарь считает, что любое преступление посягает лишь на интересы, присущие государству и человеку, и предлагает внести соответствующее изменение в определение преступления, данное в ст. 14 УК РФ [3, стр. 152].

     Е.К. Каиржанов, определяя сущность объекта преступления, исходит исключительно из понятия «интерес». «Если общим объектом всех преступлений … являются интересы народа, родовым – группы однородных интересов (либо по характеру, либо по принадлежности к определенному субъекту), то непосредственным объектом будет выступать тот или иной конкретный интерес, имеющий не менее конкретного своего носителя с его социально-индивидуальными признаками» [6, стр. 57].

     Разделяя в той или иной мере все приведенные точки зрения, полагаем необходимым более четко обозначить свою позицию по этому вопросу.

     Применительно к рассмотрению интересов в качестве объекта уголовно-правовой охраны, следует сказать, что категория «общественные отношения» проигрывает сразу по нескольким позициям. Во-первых, они более абстрактные и носят характер фактически складывающихся связей, в отличие от интересов, формулируемых конкретно на основе правовых положений и потребностей общества. Охранять фактически складывающиеся отношения – значит консервировать их состояние, которое не всегда соответствует социальным ожиданиям либо даже им противоречит. Так, в круг отношений в сфере исполнения уголовных наказан6ий входят и отношения в связи с уклонением, побегом, неисполнением предписаний и т.п. Категория «интересы» позволяет задать четкие ориентиры и параметры охраны, определить цели правового регулирования.

     Во-вторых, весьма сложно даже теоретически сформулировать ущерб, который причиняется общественным отношениям в результате преступления, тем более, если оно имеет формальный состав. Ущерб интересам всегда четко прослеживается по ходу их достижения, по реализации конкретных положений, на которых они основаны.

     Еще одним проблемным аспектом является соотношение интересов государства, общества, социальной группы, индивида. С одной стороны, очевидны различия между этими субъектами права. Но, с другой, мы полагаем, что государство, будучи инструментом социального управления, формулируя правовые установления, определяет для всех субъектов параметры должного поведения, меры поощрения и ответственности. Воспринимая их, указанные субъекты руководствуются ими, собственных ориентиров и ценностей. Вместе с тем, государство заинтересовано в их соблюдении. В этом смысле интересы государства и субъектов правоотношений совпадают.

     Категория «интерес» довольно детально исследована в юридической литературе. По словам И.В. Першиной, именно интересам принадлежит определяющая роль по отношению к праву, тогда как право является важнейшим способом осуществления интереса [14, стр. 220]. Н.В. Шигина отмечает, что философское значение понятия «интерес» выделяет в качестве его существенных признаков социально обусловленные потребности [24, стр. 28]. Аналогичное значение вкладывается в данное понятие в философских трактовках правовых проблем. Так, А.Г. Здравомыслов писал, что интерес рассматривается как свойство социальной общности, объединяющее эту общность в нечто единое и в то же время отделяющее ее от иных общностей с иными характеристиками социального положения и иными интересами [4, стр. 86]. Схожую позицию занимают и другие специалисты [17, стр. 39].

     Наука в качестве основы интересов традиционно рассматривает потребности. Говоря об интересах государства, следует исходить из публичных потребностей всего общества. В Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г. (утв. Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537) [19, ст. 2444] дается определение национальных интересов Российской Федерации как совокупности внутренних и внешних потребностей государства в обеспечении защищенности и устойчивого развития личности, общества и государства. Интересы судебной власти являются государственными (национальными) интересами, локализованными в определенной сфере общественных отношений, складывающихся по поводу соблюдения правовых требований, условий и процедур судопроизводства и реализации судебных актов.     

     Исходя из комплексного подхода к научному пониманию и правовым основам государственных интересов, уголовное право должно изучать их:

     а) как категорию, используемую для установления правовых основ, аксиологической структуры, социальной обусловленности их охраны;

     б) как объект уголовно-правовой охраны;

     в) как объект преступления.

     Охрана интересов государства должна обеспечивать состояние их защищенности от посягательств как «извне», так и «изнутри», предполагающее соблюдение правовых основ их реализации. Речь должна идти не только об охране как самоцели, но и об обеспечении соответствия реализации государственных интересов нормативным требованиям, сочетания ее эффективности с соответствием общественным идеалам (ожиданиям).

     Интересы судебной власти отражают основные параметры устройства и функционирования задействованных в реализации или обеспечении ее осуществления органов и лиц. Поэтому для их выявления и формулирования необходимо обратиться к анализу этих параметров.

     В качестве методологической основы для подобного исследования применяется метод системного анализа, в частности теория организационных систем. В литературе к признакам системы относят: множество элементов, единство главной цели для всех элементов, наличие связей между ними, целостность и единство элементов, структуру и иерархичность, относительную самостоятельность, четко выраженное управление. Основными свойствами любой системы принято считать: стремление сохранить свою структуру (основано на объективном законе организации ‒ самосохранения); потребность в управлении; наличие сложной зависимости от свойств входящих в нее элементов и подсистем (система может обладать свойствами, не присущими ее элементам, и может не иметь свойств этих элементов) [22, стр. 11].

     По мнению М.Н. Перфильева, «общественные отношения – это как объективированная унаследованная, так и совокупная живая, чувственная и т.п. деятельность людей, в связи с  их отношением друг к другу» [13, стр. 107]. Общественные отношения и деятельность являются диалектически связанной парой  и  соотносятся как форма и содержание, где отношения являются как общими условиями, формами, предпосылками деятельности, так и ее результатами, специфическими продуктами, взаимодействуя, они дополняют друг друга [12, стр. 26-27], [8, стр. 46], [16, стр. 37-38], [15, стр. 73].

     В уголовном праве также выделяют два аспекта общественных отношений, рассматриваемых либо как определенное положение людей по отношению друг к другу, соотносимость определенных позиций участников, которая  раскрывается как возможность или необходимость либо как деятельность (фактическое поведение) этих  людей, соответствующая их положению  в обществе, или то, и другое одновременно [2, стр. 17], [6, стр. 26], [10, стр. 143-144] [11, стр. 64].

     Уголовное право, охраняя общественные отношения, защищает и  определенную деятельность как способ их реализации [7, стр. 57-65]. Е.А. Фролов отмечал: «Общественные отношения могут быть как в форме динамических связей (их  содержание деятельность участников отношении), так и в форме связей статистических (их содержание результат предшествующей деятельности, взаимное положение субъектов)» [23, стр. 193-194].

     Применительно к исполнению наказания как организационной системе статика проявляется в устройстве органов и институтов уголовно-исполнительной системы, выстраивании структуры, правовой основе. Статика предполагает: организацию судебной власти, ее структуру, взаимосвязь и взаимоотношения элементов, целостность и устойчивость, авторитет, судоустройство в целом, а также необходимые и стабильные элементы общественных отношений по реализации судебной власти: полномочия, статус государственных органов, участвующих в реализации судебной власти, а также других субъектов судопроизводства, их процессуальная роль. Все указанные параметры являются атрибутами {1},  неотъемлемыми постоянными свойствами системы интересов государства в сфере исполнения наказаний, отражают ее ценностную и организационную основы, т.е. образуют статическую характеристику.

     Интересы государства в сфере исполнения уголовных наказаний определяются, на наш взгляд, правовыми основами их установления, назначения и исполнения. Не вдаваясь в их детальный анализ, сформулируем три группы таких интересов:

     - интересы по достижению целей наказания;

     - интересы по обеспечению порядка исполнения наказаний;

     - интересы по соблюдению прав, свобод и законных интересов личности в процессе исполнения наказания.

 

ПРИМЕЧАНИЕ

{1} Атрибут – это необходимый, постоянный признак [9, стр. 99].

ЛИТЕРАТУРА: 
[1] Аристотель. Этика. Политика // Антология мировой философии. М., 1969. Т. 1. 
[2] Галиакбаров P.P. Совершение преступления группой лиц. Омск, 1980. 
[3] Гонтарь И.Я. Преступление и состав преступления как явления и понятия в уголовном праве. Владивосток, 1997. 
[4] Здравомыслов А.Г. Потребности. Интересы. Ценности. М., 1986. 
[5] Иванец Г.И. Право как нормативное выражение согласованных интересов: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 2011. 
[6] Каиржанов Е.К. Интересы трудящихся и уголовный  закон. Проблемы объекта преступления. Алма-Ата, 1973. 
[7] Кремнев И.Н. Объект уголовно-правовой охраны (спорные вопросы теории) // Деятельность юрисдикционных органов по охране прав личности. М., 1994. 
[8] Кривуля A.M. Диалектика общественных отношений и человеческой деятельности. Харьков, 1988. 
[9] Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. М., 2006. 
[10] Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1960. 
[11] Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М., 1960. 
[12] Общественные  отношения.  Вопросы  общей теории  / под  ред. П.А. Рачкова. М., 1981. 
[13] Перфильев М.Н. Общественные отношения. Методологические и социальные проблемы. Л., 1974. 
[14] Першина И.В. Технико-юридические аспекты отражения интересов в российском законодательстве // Проблемы юридической техники. Н. Новгород, 2000. 
[15] Петрова Г.О. Норма и правоотношения средства правого регулирования. Н. Новгород, 1999. 
[16] Протасов В.Н. Правоотношение как система. М., 1991. 
[17] Сабикенов С.Н. Об объективном характере интересов в праве // Советское государство и право. 1981. № 6. 
[18] Соловьев В.С. Предварительные замечания о праве вообще // Власть и право: Из истории русской правовой мысли. Л., 1990. 
[19] СЗ РФ. 2009. № 20. 
[20] Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Тула, 2001. Т. 1. 
[21] Таций В.Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном праве. Харьков, 1988.
[22] Теория организации. Ростов н/Д., 2008. 
[23] Фролов Е.А. Спорные вопросы общего учения об объекте преступления  // Сб. учен. тр. Свердлов. юрид. ин-та. Свердловск, 1969. Вып. 10.
[24] Шигина Н.В. Интерес в уголовном праве (методологический аспект). Владимир, 2007.
Заголовок En: 

Interests of the State in the Sphere of Criminal Penalties Execution as an Object of Criminal Legal Protection

Аннотация En: 

Currently in criminal science prevails concept of considering public relations as an object of criminal law protection. However it does not allow total implementing of protective function of criminal law, identifying damage of conducted crime, especially in the presence of formal composition. In this article author, on the example of criminal penalties enforcement as the object of protection, the category of "interests" is studied. The definition of "public interest in the field of the criminal penalties enforcement" allows to set clear guidelines and parameters of protection, define goals of legal regulation. Author analyzes approaches in the identification of interests in philosophy and criminal science. Categorization of state's interests in the field of criminal penalties enforcement allowing to systematize encroachment is conducted.

Ключевые слова En: 

responsibility, punishment, execution, state, law, regulation, Russia, Russian Federation.