Сецессия Крыма: поиск новой нормативной теории права на сецессию

Номер журнала:

Краткая информация об авторе (ах): 

аспирант кафедры теории государства и права и международного права Института государства и права Тюменского государственного университета

Аннотация: 

В настоящей статье автор анализирует сецессию автономной Республики Крым от Украины весной 2014 года через призму существующих в международном праве нормативных теорий права на сецессию. Автором рассматриваются достоинства и недостатки теории первоначального права на сецессию, включающей в себя аскриптивную и ассоциативную подтеории, а также правозащитную теорию.  В статье акцентируется внимание на осложнении анализа сецессии Крыма существующими нормативными теориями, так  субъект – народ достаточно полиэтничен, и самоопределение происходит скорее по лингвистическому и культурному признакам, а также исходя из исторической памяти. Автором отмечен пробел в современном международном праве касательно толкования субъекта права на сецессию и оснований выхода из состава государства. Кроме того, возрастание сецессионных конфликтов в международных отношениях подталкивает разрабатывать данный институт более подробно. В работе подчеркивается необходимость разработки новой нормативной теории права на сецессию, установления ответственности сторон при осуществлении сецессии. Выдвигается гипотеза о формировании нового исторического этапа развития права на самоопределение в международном праве и, как следствие, возникновении необходимости в его заблаговременной нормативной разработки и пределов реализации. В заключении автор отмечает, что сами государства должны чувствовать социальные процессы и уважать своих граждан, учитывать неудачный опыт других государств в подавлении социальной напряженности. Латентные и долговременные сецессии все еще актуальны и международное право должно своевременно и эффективно реагировать на их возможное обострение, предлагая сбалансированный подход и учитывая предыдущий, пусть неоднозначный, опыт отделения и признания сецессии.

Ключевые слова: 

Крым, сецессия, нормативная теория, народ, ремедиальная сецессия, аскриптивная, ассоциативная, подтеория.

     Актуальность поставленной проблемы обусловлена резким возрастанием сецессионных конфликтов по состоянию на 2014 год (с 52 до 105 по всему миру) [1]. По результатам исследований Института международных исследований конфликтов Хайдельберга количество глобальных политических конфликтов возросло до 424, включая военные кампании. Наиболее подверженным регионом для сецессии представляется Азия и Океания (20 случаев), далее идут Европа (15 случаев), Африка (регион Сахары; 10 случаев), Ближний Восток и Магреб (6 случаев). Из 29 военных конфликтов по вопросу сецессии 2 конфликта – один по вопросу статуса Донбаса в Украине и один между Израилем и Хамасом по вопросу образования государства Палестины – обострились в 2014 году. Войны по вопросу сецессий, о политической детерминации народа, унесли жизни более 4000 человек и спровоцировали миграционные процессы более 600 000 человек в соседние государства.

     Наиболее близким и актуальным конфликтом для Российской Федерации является противостояние граждан юго-востока Украины с Киевской властью и присоединение Автономной Республики Крым к Российской Федерации. Большинство российских юристов-международников, исследователей (например, Черниченко С.В. [5], Котляр В.С. [3], Моисеев А.А. [8], Капустин А.Я. и др.) рассматривают присоединение Крымского полуострова к России как восстановление справедливости, исторического права народа на основании свободного волеизъявления, т.е. правозащитный подход. Одновременно украинские и зарубежные юристы-международники (например, Мережко А. [6], Марк Веллер, Анна Петерс [9], Энрико Милано [10] и др.) воспринимают поведение Российской Федерации как агрессию, итоги референдума не признаются, а присоединение Автономной Республики Крым интерпретируется как аннексия (защита интересов государства-Украины). Вместе с тем, отделение территории от государства – родителя – явление в истории международных отношений не редкое, но в международном праве пока еще до конца не урегулированное, поэтому происходит разночтение и политизированное толкование права на самоопределение. Тенденции выхода из состава государства территорий с целью образования нового государства присутствовали в Европе в пост-имперские периоды (например, распад Автро-Венгрии), на Востоке (например, распад Османской империи), в Азии (политическая эмансипация бывших колоний). Интерпретация внешней формы самоопределения воспринималась так же остро, как и сейчас, поскольку изменяла политическую карту мира и расстановку сил на внешнеполитической арене.

     В зарубежной доктрине международного права превалируют следующие нормативные теории права на сецессию, позволяющие описывать сецессионные процессы в международных отношениях: теория первоначального права, ремедиальная (правозащитная) теория, националистическая теория [9].

     Теория первоначального права на сецессию базируется на формировании коллективной политической воли субъекта, сумме индивидуальных прав граждан, стремящихся к отделению. Для формирования воли субъекта не обязательно нарушение государством признанных фундаментальных прав граждан, граждане объединяются по аскриптивным признакам - т.е. независящим от выбора человека и данными от рождения признакам (например, национальная, этническая, расовая, лингвистическая и культурная принадлежность, общие исторические корни). Наиболее ярким примером является мирное разрешение вопроса об отделении Шотландии от Великобритании демократическим путем в сентябре 2014 года. Одновременно второе основание для объединения – ассоциативное – базируется на политической воли, не зависящей от внешних признаков (например, сецессия жителей провинции Квебек от Канады в 1998 году). Основанием может быть религиозная, культурная, лингвистическая, территориальная и иная принадлежность – то есть то, что человек может выбирать самостоятельно и этот выбор заставляет граждан консолидироваться для объявления себя группой, способной к самоуправлению. Данный подход выступает весьма либеральным, поскольку не каждое государство пойдет на принятие такого права на своей территории: подход допускает любой социальной группе стремиться к сецессии, изначально обладающей естественным правом на образование своего государства, если «предыдущее» не отвечает критериям государственности.

     Квинтэссенцией теории ремедиального (правозащитного) права является концепция справедливости. Объединенная группа воспринимает сецессию как последний способ исправления своих нарушенных прав, которые долгое время целенаправленно и грубо не соблюдались государством именно в отношении сецессионистов. По причине отсутствия внутригосударственных механизмов по восстановлению этих прав, сецессионисты вынуждены обращаться к международным инструментам по защите прав человека и гражданина. Если эти инструменты недоступны или неэффективны, наступает военный конфликт. Впервые термин «ремедиальная сецессия» встречается в Консультативном заключении Международного Суда ООН «Соответствует ли одностороннее провозглашение независимости Косово нормам международного права» от 22 июля 2010 года [4]. Суд постановил, что международное право не запрещает, но и не разрешает провозглашение декларации о независимости, тем самым оставив «лазейку» для идентичных сецессионистких конфликтов. На наш взгляд, этот «вакуум» требует нормативной ясности: при каких условиях декларации о независимости можно считать правомерными и справедливо обоснованными, какова ответственность сторон и каким образом международное право должно регулировать предел реализации права на сецессию. В настоящее время эти вопросы до конца не разработаны, поэтому большую роль в осуществлении и признании отделения играет поддержка других, зачастую заинтересованных по политическим мотивам, государств. Например, отделение Косово поддержали США и большинство европейских государств, в том время как отделение Южной Осетии и Абхазии, Приднестровья или Крыма не было ими признано.

     Сторонники ремедиального права проводят аналогии с правом на революцию в части методов восстановления справедливости за прошлые несправедливости за одним исключением - революция ставит целью смену правительства и/или государственного строя, сецессия подразумевает выход территории и населения из юрисдикции существующего правительства с целью образования нового государства, которое будет способно обеспечить безопасность, сохранность и мирное развитие.

     Сецессия Крыма затрагивает все три нормативных теории. Во-первых, крымчане – это жители полуострова Крым, а не этнос, нация или народ, то есть население не моноэтнично, монокультурно или монорелигиозно – аскриптивный элемент отсутствует. Но хорошо проявляется ассоциативный элемент – из 82 % избирателей, участвовавших 16 марта 2014 года в референдуме, более 96 % высказались за присоединение Крыма к Российской Федерации. Здесь мы видим четко выраженную консолидированную волю населения полуострова. Причины, повлиявшие на формирование этой воли, заключаются в исторической памяти сознательной части населения о жизни вместе в одном государстве – СССР, а также исключении этой социальной группы из управления государством, что является нарушением нормы jus cogens - принципа равноправия народов. Если государство соблюдает этот принцип, то, согласно Декларации о принципах международного права 1970 года, имеет право требовать сохранение своей территориальной целостности при реализации права народов на самоопределение: «Ничто в приведенных выше пунктах не должно истолковываться как санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или к частичному или полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, соблюдающих в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов, как этот принцип изложен выше, и, вследствие этого, имеющих правительства, представляющие без различия расы, вероисповедания или цвета кожи весь народ, проживающий на данной территории».

     Отметим, что лингвистическая принадлежность не упоминается как основание для реализации права на самоопределение, хотя это дискриминация по лингвистическому признаку присутствовала (упразднение новыми киевскими властями Закона об основах государственной языковой политики от 10 августа 2013 года спровоцировало рост социальной напряженности и послужило поводом к отделению). Намерение новых властей Украины запретить русский язык как государственный язык ставило под угрозу сохранение культурной и этнической самобытности населения Крыма и не выражало интересы этой группы граждан. Но ведь язык – это носитель культуры, а культура отражает идентичность каждого и народа (нации) в целом.

     Преамбула Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г. встает на сторону группы, стремящейся к отделению: «Необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения» [2]. Таким образом, государство должно оправдывать ожидания своих граждан, а не граждане должны просить у государства исполнения своих прав – это основа правового государства и развития гражданского общества. Неужели крымчане должны были спрашивать разрешения у новых киевских властей на реализацию права на внешнее самоопределение, если последние совершали действия (например, намерение отправить так называемого «поезда дружбы» в Севастополь или свершившаяся в мае 2014года трагедия в Одессе), направленные на подавление воли или физическом уничтожении несогласных? Пришедшее к власти антиконституционным путем новое правительство не отражает волю всего украинского народа, включая юго-восточный регион и крымский полуостров.

     Таким образом, кроме вышеперечисленных нормативных теорий права на сецессию мы можем говорить о «превентивной сецессии», то есть исключение группы населения из управления государством в результате государственного переворота, ее защите от возможных массовых убийств или притеснений по национальному, лингвистическому и/или культурному признакам. Конечно, без свершившегося государственного переворота и последовавшей за ним дискриминационной политики, не возникли бы основания к отделению – этот фактор обязательно нужно учитывать в новой нормативной теории. Таким образом, право на сецессию, как производное от права на самоопределение, выступает в роли защитного механизма от произвола центральной власти и обязывает суверена соблюдать фундаментальные права человека и гражданина, если она хочет сохранить территориальную целостность государства.

     В заключении, хотелось бы отметить значимость актуализации понимания права на самоопределении с новым историческим этапом развития международных отношений. Каждое политическое действие, в том числе вмешательство во внутренние дела государства с целью государственного переворота, имеет свои последствия. Результаты исследований Института Хайдельберга за 2014 год показали следующие сецессионные конфликты с разной степенью интенсивности: 5 – война, 4 – временные военные действия, 3 -  насильственный кризис, 2 – не насильственный кризис, 1-обсуждение:

Название конфликта

Стороны конфликта

Год

возникновения

Степень интенсивности

Нагорно-Карабахский

Правительство Азербайджана и правительство Нагорно-Карабахской Республики

1988

3

Босния и Герцеговина

Правительство Республики Сербия и правительство Боснии и Герцеговины

1995

1

Кипрский, Греция

Турецкая Республика Северного Кипра и правительство Северного Кипра

1963

2

Корсика,Франция

Национальный фронт освобождения Корсики и правительство Корсики

1975

2

Абхазский, Грузия

Абхазские сепаратисты и правительство Грузии

1989

2

Южно-Осетинский, Грузия

Южно-Осетинские сепаратисты и правительство Грузии

1989

2

Приднестровье, Молдова

Региональное правительство Приднестровье и правительство Молдовы

1989

2

Северный Кавказ,

Российская Федерация я

Кавказские сепаратисты и правительство Российской Федерации

1989

4

Косово, Сербия

Косоварское правительство и правительство Сербии

1989

1

Каталония, Испания

Каталонское региональное правительство и правительство Испании

1979

1

Провинция басков, Испания

Баскское региональное правительство и правительство Испания

1959

1

Крым, Украина

Крымские региональные власти, правительство Украины, правительство Российской Федерации

1992

3

Донбас, Украина

Правительства ДНР, ЛНР, правительство Украины.

2014

5

Северная Ирландия, Великобритания

Ирландская Республиканская армия, социально-демократическая и Ирландская национальная демократическая партия, Ассоциация обороны Ольстера, правительство Великобритании

1968

3

Шотландия, Великобритания

Шотландская националистическая партия, правительство Великобритании

2007

2

     Очевидно, что сами государства должны чувствовать социальные процессы и уважать своих граждан, учитывать неудачный опыт других государств в подавлении социальной напряженности. Латентные и долговременные сецессии все еще актуальны и международное право должно своевременно и эффективно реагировать на их возможное обострение, предлагая сбалансированный подход и учитывая предыдущий, пусть неоднозначный, опыт отделения и признания сецессии. Жизнеспособность международного права зависит от воли самих государств его соблюдать, иначе последующий дисбаланс приведет к хаосу.

ЛИТЕРАТУРА: 
[1] Барометр конфликтов за 2014 год. Институт международных исследований конфликтов Хайдельберга // URL: http://www.hiik.de/en/konfliktbarometer/pdf/ConflictBarometer_2014.pdf  
[2] Всеобщая декларация прав человека, принятая резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 года // Официальный сайт Организации Объединенных Наций, URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/declhr.shtml 
[3] Котляр В.С. К событиям на Украине // Актуальные проблемы современного международного права материалы XII ежегодной международной научно-практической конференции, посвященной памяти профессора и. П. Блищенко. В двух частях: часть I. Москва, 12–13 апреля 2014 г. // URL: http://www.intlawrudn.com/files/blischenko/2015%20Blischenko%201.pdf 
[4] Краткое изложение решений, консультативных заключений и постановлений Международного Суда 2008–2012 годы // URL: http://legal.un.org/ICJsummaries/documents/russian/st_leg_serf1_add5_r.p...
[5] Круглый стол «Международно-правовые аспекты присоединения Крыма к России» // URL: http://dipacademy.ru/11.04.14.shtml#video  
[6] Мережко А. Варшавская конференция и Крым // Запись в социальной сети Фейсбук, URL: https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1559564984316283&id=10...
[7] Моисеев А. О некоторых международно-правовых позициях по украинскому вопросу // Международная жизнь. 2014. № 5.  
[8] Buchanan A. Theories of Secession // URL: http://philosophyfaculty.ucsd.edu/faculty/rarneson/BuchananTheoriesofSec...  
[9] Peters A. The Crimean Vote of March 2014 as an Abuse of the Institution of the Territorial Referendum (July 8, 2014). Forthcoming: Christian Calliess (ed), Liber amicorum Torsten Stein (2015). // URL: http://ssrn.com/abstract=2463536 
[10] Milano E. The non-recognition of Russia’s annexation of Crimea:  three different legal approaches and one unanswered question // URL: http://www.qil-qdi.org/the-non-recognition-of-russias-annexation-of-crim...
Заголовок En: 

Secession Of Crimea: Search Of The New Theory Of Law On Secession

Аннотация En: 

In the present article author analyzes secession of the Autonomous Republic of Crimea in Ukraine in spring of 2014 through the light of existing international legal norms theories of the right to secession. Author discusses advantages and disadvantages of the theory of the initial right for the secession, including inscriptive and associative sub theory and human rights theory. The article focuses on the analysis of the Crimean secession complication by the existing normative theory, the subject - people are enough polyethnic, and self-determination is happening more on linguistic and cultural characteristics, as well as on the basis of historical memory. Author noted a gap in contemporary international law regarding the interpretation of the subject of the right to secession and bases for secession. In addition, the increase in the secessionist conflict in international relations is pushing to develop the Institute more detailed. The article stresses the need to develop a new normative theory of the right to secession, establishment of responsibilities of the parties in the implementation of secession. There is the hypothesis about the formation of a new historical stage of development of the right to self-determination in international law and, as a consequence, it becomes necessary to develop the regulatory limits and implementation in advance. In conclusion, author notes that the states themselves must feel the social processes and respect its citizens, to consider the unfortunate experience of other States in the suppression of social unrest. Latent and long-term secessions are still relevant and international law should promptly and effectively respond to their possible aggravation, offering a balanced approach and taking into account the previous one, albeit an ambiguous separation experience and recognition of secession.

Ключевые слова En: 

Crimea, secession, standard theory, people, remedialny secession, askriptivny, associative, subtheory.