Вопросы имплементации элементов восстановительного правосудия в уголовный процесс Российской Федерации

Номер журнала:

Краткая информация об авторе (ах): 

кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Российского университета дружбы народов

Аннотация: 

В настоящей статье автор рассматривает вопросы внедрения элементов восстановительного правосудия в уголовный процесс Российской Федерации. Автор анализирует практику и проблематику медиации в некоторых странах мира. Автором анализируются сформировавшиеся модели, отмечается, что: первая модель - программа восстановительного правосудия, которая является частью обычного уголовного процесса. Вторая модель - программа восстановительного правосудия представляет собой реальную альтернативу уголовному судопроизводству. Третья модель - медиация и другие программы восстановительного правосудия, примыкает к традиционной системе уголовного правосудия. Автором отмечается, что в Российской Федерации, несмотря на отсутствие прямо закрепленных в законе норм, разрешающих проводить программы восстановительного правосудия в уголовном процессе, на практике эта деятельность осуществляется, опираясь на нормы уголовно-процессуального законодательства, разрешающие примирение само по себе. В настоящее время в Российской Федерации программы восстановительного правосудия осуществляются в рамках ювенальных технологий. Досудебные стадии остаются неизменными: после получения информации о преступлении и ее проверки, возбуждается уголовное дело, при наличии повода и основания. Проводится предварительное расследование, и, затем, уголовное дело направляется в суд. Стоит отдельно отметить, что даже если стороны примирились и обвиняемый возместил причиненный вред, судебного разбирательства сторонам не избежать. Таким образом, не нарушается принцип осуществления правосудия только судом, так как окончательное решение по делу принимает суд, который по собственному внутреннему убеждению оценивает предоставленную информацию. В заключение автор предлагает научно-обоснованные предложения относительно редакцию статьи 25 УПК РФ.

Ключевые слова: 

медиация, правосудие, восстановительное правосудие, уголовный процесс, УК РФ, УПК РФ, суд, Россия, РФ.

DOI: 

10.17413/2015-3-8

     За рубежом разработано много программ примирения жертвы и правонарушителя (семейные конференции, круги правосудия, общественные советы и др.), в зависимости от их взаимосвязи с традиционной системой уголовного правосудия можно условно выделить три основных модели [3. C. 20-21].
     Первая модель - программа восстановительного правосудия, которая является частью обычного уголовного процесса. Она применяется, например, когда на определенной стадии уголовного процесса дело направляется медиатору, которому поручено попытаться достичь соглашения между жертвой и правонарушителем. Если соглашение достигнуто, оно повлияет на результат открытого судебного разбирательства: либо обвинения будут сняты, либо соглашение повлияет на наказание. «Судебная медиация» в Великобритании направлена как раз на то, чтобы убедить преступника возместить вред и тем самым поспособствовать смягчению наказания. К этой модели так же относятся программы медиации, используемые окружными уголовными судами США, семейные конференции и др.
     Ныне такая модель используется не только в уголовном процессе англосаксонских стран, но и в уголовном процессе ряда европейских стран. Примерами являются «Strafbemiddeling» (уголовная медиация) в Бельгии, «Täter-Opfer-Ausgleich» в Германии и «Ausergerrichtliche Tatausgleich» в Австрии. 
     Вторая модель - программа восстановительного правосудия представляет собой реальную альтернативу уголовному судопроизводству. Они применяются, когда на ранней стадии уголовного процесса дело выводится из системы уголовного правосудия. В таких случаях медиация жертвы и правонарушителя (или какая-либо другая программа восстановительного правосудия) полностью заменяет собой любую другую реакцию на совершенное преступление. В идеале урегулирование такого рода предотвращает возвращение дела в систему уголовного правосудия. Здесь уместно вспомнить и о «полицейской медиации» в Англии, которая также является хорошим примером этой модели. 
     Такая модель позднее так же получила распространение в Европе. Основным примером такого подхода служит голландский проект под названием “dading”. Он предполагает урегулирование путем переговоров отношений между жертвой и правонарушителем, носящее характер частного права.
     Кроме того, этой модели соответствует институт медиации во Франции. Здесь до возбуждения уголовного преследования прокурор в соответствии со ст. 41-1 УПК, вправе предложить лицу, совершившему преступное деяние, возместить вред потерпевшему, а так же провести процедуру медиации с согласия сторон. Причем интересно то, что прокурор не ограничен какими-либо отдельными категориями уголовных дел. В случае если согласие сторон на проведение медиации получено, материалы передаются в общественную организацию, специализирующуюся на проведении примирительных процедур. Если медиация имела успех и стороны пришли к медиативному соглашению, уголовное преследование не возбуждается, а за выполнением сторонами условий соглашения следит все та же общественная организация. Если медиация не была успешной, прокурор принимает решение о возбуждении уголовного преследования [2. C. 319-320]. 
     Третья модель - медиация и другие программы восстановительного правосудия примыкает к традиционной системе уголовного правосудия. Она является дополнительным средством, часто используемым после окончания уголовного суда. Такой тип вмешательства обычно используется в случаях наиболее тяжких преступлений и в условиях тюремного заключения. В странах англосаксонской правовой семьи в отношении преступников, совершивших тяжкие преступления, применяется программа «диалог преступника и жертвы». Программа работает с выжившими  жертвами и уже осужденными преступниками [9].
     Таким образом, применение таких программ в качестве дополнения (а не альтернативы) к уголовному преследованию осуществляется в двух видах:  в качестве альтернативы судебному следствию (что практикуется, например, в  США и Новой Зеландии), а так же в качестве дополнения к судебному разбирательству в суде первой инстанции (самым ярким примером является судебная медиация в Англии)  .
     Так, в штате Северная Каролина действует программа медиации районного уголовного суда. Эта программа предусматривает посредничество в суде и работает как альтернатива судебному следствию, но не уголовному процессу в целом.
     В соответствии с законодательством этого американского штата суд может рекомендовать сторонам принять участие в программе примирения, руководствуясь при этом внутренним убеждением и внешними факторами такими как: готовность сторон принять участие в примирительной программе; отказ от судебного следствия не нарушит права третьих лиц, участвующих в процессе; возможность в этом, конкретном случае прекращения уголовного дела за примирением сторон.
     При этом суд поощряет проведение медиации и достижение примирительного соглашения в кратчайшие сроки, при условии, что стороны согласны участвовать программе восстановительного правосудия.
     Семейные конференции - программа восстановительного правосудия, в которой рассматриваются материалы о преступлениях любой тяжести совершенных несовершеннолетними, за исключением особо тяжких. В семейных конференциях принимают участие преступник, члены его/её семьи, жертва и члены её/его семьи, адвокат по делам молодежи, офицер полиции. Созывает семейную конференцию координатор суда по делам молодежи. 
     В результате должен быть составлен план действий преступника по исправлению. Кроме этого семейная конференция решает вопрос о необходимости применения судом каких-либо санкций.
     Суд практически всегда принимает выработанный семейной конференцией план. Однако в тоже время, суд может использовать широкий спектр санкций, вплоть до лишения свободы сроком до 5 лет, даже если семейная конференция не рекомендовала их использование [8].
     Судебная медиация в Великобритании применяется независимо от степени тяжести преступления совершенного лицом и в тот момент, когда вопрос о виновности лица судом уже решен, но еще не принято решение о мере наказания и не вынесен приговор. После этого службе пробации или некой общественной организации предоставляется возможность провести медиацию между пострадавшим от преступления и виновным. При этом обе стороны заинтересованы в успешности медиации, так как пострадавшему возмещается вред, нанесенный вследствие преступных действий, а виновному действия, направленные на примирение и заглаживание вреда будут учтены судом при решении вопроса о наказании.
     При этом, как справедливо отмечает профессор Л.В. Головко, особенно важно то, что институт судебной медиации не является альтернативой уголовному преследованию. Последнее сохраняется здесь в полной мере, как, впрочем, и наказание, которое может быть лишь смягчено [1. C. 75].
     В Российской Федерации, несмотря на отсутствие прямо закрепленных в законе норм разрешающих проводить программы восстановительного правосудия в уголовном процессе, на практике эта деятельность осуществляется, опираясь на нормы уголовно-процессуального законодательства, разрешающие примирение само по себе. В настоящее время территориальные службы примирения работают в Москве, Архангельской, Вологодской, Липецкой, Новосибирской, Тюменской областях, Пермском и  Красноярском краях,  Республиках  Алтай, Карелия, Татарстан, Чувашской республике [6. C. 170]. Территориальные службы примирения осуществляют программы восстановительного правосудия в судебных стадиях при производстве по делам несовершеннолетних, не нарушая при этом  норм УПК РФ и ориентируясь на нормы международного права. 
     В России программы восстановительного правосудия осуществляются в рамках ювенальных технологий. Досудебные стадии остаются неизменными: после получения информации о преступлении и ее проверки, возбуждается уголовное дело, при наличии повода и основания. Проводится предварительное расследование, и, затем, уголовное дело направляется в суд.
     А вот в суде уже возможно изменение обычного хода процесса. В связи с отсутствием законодательного закрепления восстановительных программ (которые являются неотъемлемой частью ювенальных технологий) четкого алгоритма действий у суда, применяющего такие практики к несовершеннолетним нет, поэтому в каждом суде процедура имеет свои традиционно сложившиеся особенности. Но в целом, обобщая практику применения восстановительных программ (как части ювенальных технологий) можно выявить определенную, общую для всех последовательность действий.  
     Как правило, в судах, применяющих ювенальные технологии, созданы должности помощников судей с функциями социального работника (или с функциями социального педагога) работающих вместе с судьями, рассматривающими исключительно дела несовершеннолетних.
     При поступлении уголовного дела в суд именно эти помощники составляют «Карту социально-психологического сопровождения», в которой указываются все имеющиеся данные о личности несовершеннолетнего. Если в штате такая должность отсутствует, суд поручает составить доклад о личности или карту социального сопровождения какому-либо специалисту системы профилактики (как правило, психологу  или социальному работнику органов соцзащиты) [5]. 
     В карту вносятся данные полученные в ходе беседы с подростком, его родителями, данные о личности, полученные из КДНиЗП, с места учебы, от соседей, данные полученные в результате тестирования проведенного с несовершеннолетним [7].  
     Затем помощник судьи направляет необходимые материалы (заявку на проведение примирительной процедуры, карту социального сопровождения и т.д.) в Муниципальную службу примирения и Комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав (к примеру, так происходит в Пермском крае). Одновременно с этим помощник направляет информационные письма потерпевшему и обвиняемому или их законным представителям. В этом письме сообщается о том, что суд, в который поступило уголовное дело, сотрудничает со службой примирения (или примирительной комиссией и т.д.) в которую направлена информация о поступившем в суд деле. Сделано это для того, чтобы помочь сторонам прийти к согласию относительно возмещения причиненного вреда. Стороны извещаются в письме о том, что сотрудники службы примирения, предложат провести встречу сторон. В некоторых регионах такое письмо направляется сторонам за подписью председателя районного суда.   
     Если стороны соглашаются на примирительную встречу, сотрудник службы примирения (ведущий) анализирует всю имеющуюся информацию и выбирает тип восстановительной программы. Затем проводятся предварительные встречи, после этого, примирительная встреча, которая в идеале должна закончиться заключением договора. Затем, ведущий составляет отчет о результатах восстановительной программы и направляет его в суд и КДНиЗП. Суд должен получить этот отчет не позднее, чем за 3 дня до судебного разбирательства [4. С. 30-34].  
     Стоит отдельно отметить, что даже если стороны примирились и обвиняемый возместил причиненный вред, судебного разбирательства сторонам не избежать. Таким образом, не нарушается принцип осуществления правосудия только судом, так как окончательное решение по делу принимает суд, который по собственному внутреннему убеждению оценивает предоставленную информацию. 
     По сложившейся практике, судебное решение может содержать индивидуальный план реабилитации конкретного несовершеннолетнего (позволим себе отметить сходство с Новозеландскими семейными конференциями, в результате которых обязательно составляется план действий преступника по исправлению, утверждаемый затем судом), которое принимается в форме частного постановления суда (ч. 4 ст. 29 УПК Российской Федерации) – как основание проведения индивидуальной профилактической работы с несовершеннолетним органами и службами системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних (индивидуальной программы реабилитации несовершеннолетнего в соответствии со статьей 6 Федерального закона от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»).
     Итак, в Российской Федерации, несмотря на отсутствие прямо закрепленных в законе норм разрешающих проводить программы восстановительного правосудия в уголовном процессе, на практике эта деятельность осуществляется, опираясь на нормы уголовно-процессуального законодательства, разрешающие примирение само по себе. Кроме того, восстановительное правосудие, формирующееся сегодня в РФ сочетает в себе элементы разных программ. Установив, таким образом, использование программ восстановительного правосудия в уголовном процессе РФ de facto, представляется необходимым законодательно закрепить эту деятельность, путем внесения изменений в УПК РФ, более подробно о которых будет сказано далее.
     Представляется целесообразным использовать как основу уже наработанные в рамках пилотных проектов схемы применения примирительных программ и учесть положительный опыт англосаксонских стран, в частности программу, применяемую в окружных (районных) судах некоторых штатах Америки. То есть, на законодательном уровне предоставить возможность проведения программы восстановительного правосудия в стадии назначения дела к слушанию, то есть когда уголовное дело уже поступило в суд, но еще до рассмотрения уголовного дела в судебном разбирательстве суда первой инстанции. 
     В связи тем, что ст. 25 УПК РФ является законной основой примирения, считаем необходимым внесение, основанных на положительном опыте использовании программ восстановительного правосудия, дополнений в эту статью:
  • прежде всего, о рассмотрении вопроса о прекращении уголовного преследования только судом;
  • и о возможности участия посредника, одобренного судом, в процедуре примирения (с внесением соответствующих дополнений в УПК РФ он может приобрести статус специалиста - участника уголовного судопроизводства).    
     Напомним, что создание видимости примирения, которой сегодня достаточно для прекращения уголовного преследования нельзя в полной мере назвать медиацией с точки зрения восстановительного правосудия (сегодня, достаточно только формального примирения, фактическое не требуется; нет необходимости в участии посредника-медиатора, функцию посредника вынужден исполнять судья, но, согласно условиям программ восстановительного правосудия, суд (судья) должен лишь проверять и решать вопрос о достоверности, объективности результатов работы медиатора). Именно поэтому нами предлагается поэтапно внедрять восстановительные программы в российский уголовный процесс. И на первом этапе считаем целесообразным узаконить проведение примирительных процедур при участии посредника только в судебных стадиях. 
     Под участием посредника, одобренного судом, мы подразумеваем независимого, беспристрастного, объективного, профессионально подготовленного  посредника, осуществляющего по указанию суда социально-психологическую работу с несовершеннолетним. Такой посредник должен быть сотрудником организации, с которой непосредственно или опосредованно (через КДНиЗП) сотрудничает суд. Сотрудничество должно быть узаконено необходимыми документами. Это позволит избежать участия в деле недобросовестных посредников, привлекаемых какой-либо стороной для разрешения спора нужным стороне образом, что будет нарушать принцип беспристрастности, к которому так же призывают  международно-правовые акты регулирующие вопросы примирения в уголовном процессе.
     Таким образом, предлагаем следующую редакцию статьи 25 УПК РФ:
     «Суд вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если при содействии независимого, беспристрастного, профессионально подготовленного  посредника, уполномоченного судом, это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред, либо с этой целью составлено соглашение в результате примирительной процедуры».
     В проекте приведенной статьи говорится о том, что медиатор назначается с согласия суда. В этой связи предлагается внести в статью 29 уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (о полномочиях суда) дополнение наделяющее судью соответствующим полномочием, рассматривая его как самостоятельный вид судебного контроля.
ЛИТЕРАТУРА: 
[1] Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию как форма процессуальной дифференциации (Современные тенденции развития) : Дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.09 : Москва, 2003.
[2] Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. уголовный процесс западных государств. – ИКД «Зерцало-М», 2001.
[3] Дворянсков И.В., Сергеева В.В., Баталин Д.Е. Применение альтернативных видов наказания в Западной Европе, США и России (сравнительно правовое исследование). М.: РОО «Центр содействия реформе уголовного правосудия», Penal Reform International, 2004.
[4] Покровская В.Л. «Внедрение восстановительных технологий в деятельность субъектов профилактики Пермского края» - методические материалы, АНО «Центр социально-психологической помощи населению», Пермь, 2009 г.
[5] Справка по результатам обобщения информации судов субъектов РФ об использовании ювенальных технологий судами общей юрисдикции, подготовленная рабочей группы при Совете судей РФ по созданию и развитию ювенальной юстиции в системе правосудия РФ // 2015, URL: http://www.juvenilejustice.ru/documents/rabgr/monit_reg/monreg 
[6] Территориальные службы примирения: условия функционирования и организационное устройство / Сборник материалов / Сост. Л.М. Карнозова – М.: МОО Центр «Судебно-правовая реформа», 2015.
[7] Ткачев В.Н. «Опытная модель ювенальной юстиции в Ростовской области и ее распространение в регионах России» // 2015, URL: http://www.rostoblsud.ru/to_3524582
[8] Фредерик Мак-Элри Новозеландская модель семейных конференций. Восстановительный подход в работе с несовершеннолетними правонарушителями (зарубежный опыт). – Методическое пособие. М. Полиграф сервис, 2005.
[9] Restorative justice // 2015, URL: http://www.search.com/reference/Restorative_justice
Заголовок En: 

Questions of Restorative Justice Elements in Russian Criminal Trial Implementation

Ключевые слова En: 

mediation, justice, restorative justice, criminal procedure, Criminal Code, Code of Criminal Procedure, court, Russia, Russian Federation.